akrozia@ua.fm

«Чтобы знали...»

Этой фразой - «Допи¬сать раньше, чем умереть» - Булгаков начал очеред¬ную редакцию романа, ко¬торый тогда еще не обрел своего нынешнего, всем известного названия. Все¬го редакций было не то три, не то шесть, не то восемь - литературоведы спорят до сих пор. Замы¬сел у писателя возник еще в 1928 году, а первые варианты текста относятся к 1929 - году Великого перелома в стране и в судьбе Булгакова.

К 1929 году все его пьесы были сняты с репер¬туара, ни строчки не печа¬талось, на работу его нику¬да не принимали, в поезд¬ке за границу отказали. Творчество этого большо¬го писателя осуждалось и не принималось ни влас¬тью, ни критиками, ни со¬братьями по цеху. Что ка¬сается последних, многие из них были вынуждены в советские времена как-то приспособиться, «перестро¬иться», а он приспосабли¬ваться не хотел и потому был живым укором тем, кто « перестроился ». Критика в адрес Булга¬кова очень скоро перешла в травлю, в моральный террор, в грязную брань. А после того как в феврале 1929 года Сталин негатив¬но отозвался о пьесе «Бег» («антисоветское явление»), травля эта усилилась и приобрела уже официаль¬ный характер.

Ему советовали напи¬сать «коммунистическую пьесу», обратиться к пра¬вительству СССР с «пока¬янным письмом», отказать¬ся от прежних взглядов и т. д. Этого совета он не послушал. Он не нашел ничего лучше, как в такой ситуации писать... «роман о дьяволе» (!) - именно так он его называл. Вспомина¬ется, как Воланд восклица¬ет в ответ на слова Масте¬ра: «О чем, о чем? О ком? Вот теперь? Это потрясаю¬ще! И вы не могли найти другой темы?» Он писал этот роман всю оставшуюся жизнь - а оставалось ему 11 лет. За эти 11 лет произошло мно¬гое. Он послал письмо правительству СССР - то ли ультиматум, то ли крик гибнущего человека. Ему позвонил Сталин, только что потерявший одного «своего» литератора - Маяковского и, видимо, не желавший терять еще одного (Булгаков был уже на грани самоубийства). Его снова (не без протекции Сталина) взяли на работу во МХАТ. После снятия с репертуара пьесы о Мольере (она прошла всего семь раз) он ушел, смертельно оскорбленный и смертельно измученный. Работал в Большом театре либреттистом (!). Писал книгу о любимом Мольере для ЖЗЛ, которую у него отказались принять... И все эти годы он вновь и вновь возвращался к своему «последнему закатному роману», роману, который заведомо не мог быть напечатан. Сначала это действительно был роман о дьяволе с характерной булгаковской чертовщинкой - первые редакции имели соответствующие варианты названия: «Великий канцлер», «Сатана», «Шляпа с пером»... Но потом первоначально яркая сатирическая нота начинает звучать тише, отходит на второй план, появляется новый герой -Иванушка, старые обретают другие лица... И вот 12 ноября 1937 года его жена Елена Сергеевна записывает в дневнике: «Вечером М.А. работал над романом о Мастере и Марга¬рите». И снова он писал, сжигал, снова писал, переписывал, вносил исправления...

Он умирал и знал об этом - сам был врачом. Гипертонический нефросклероз давал ухудшение зрения, а временами -полную слепоту. Тогда он диктовал исправления жене. Последний раз Булгаков работал над романом 13 февраля 1940 года. А 10 марта он умер. Елена Сергеевна вспоминала, что как-то в конце болезни, когда он уже почти потерял речь и у него выходили иногда только концы или начала слов, она сидела у изголовья, и Михаил Афанасьевич дал понять, что ему что-то нужно. Жена предлагала ему лекарство, питье, но было ясно, что это все не то. Тогда она догадалась: «Твои вещи»? Он кивнул с таким видом, что и «да», и «нет». Она спросила: «Мастер и Маргарита»? Он, страшно обрадованный, сделал знак головой: «Да, это». И выдавил из себя два слова: «Чтобы знали, чтобы знали»...

«Смерти нет»

Так о чем роман «Мас¬тер и Маргарита»? Каждый читатель сам, по-своему прочитывает его философское послание. Порой прочитывает по-разному на разных этапах своей жиз-ни. Для меня это роман о Вечном. О том, что стоит над обычным и обыденным. О том, как можно уловить, почувствовать свою судьбу и следовать ей. Привкус вечности, судьбы придает книге Воланд - образ, который с большими изменениями прошел через всю историю создания романа. Но что это за персонаж? Князь тьмы, дьявол, сатана? Вспомните эпиграф: «Я -часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совер¬шает благо». Как правило, зло - это то, как мы оцениваем происходящее с нами. Споткнулся - зло, уволили с работы - зло, разругался с любимым человеком - конечно, зло! А если взглянуть с точки зрения судьбы? Споткнулся - вот шанс стать внимательнее, вглядываться в то, что окружает тебя, шанс увидеть то, чего раньше не замечал. Уволили - а как бы ты иначе избавил себя от явно «не твоей», но такой привычной, работы и нашел то, ради чего родился? Поссорились? Шанс взглянуть по-новому на человека, который так давно рядом. Это «он», «настоящая, верная, вечная любовь» - и тогда сражаемся за наше совместное счастье, миримся, делаем первый шаг и тысячу шагов еще... Или просто привычка? Тогда... Иными словами, часто злом мы называем испытания, с которыми сталкивает нас судьба и которые могут изменить нашу жизнь, на¬править ее по прямому пути, соответствующему нашему предназначению. А могут и не изменить и не направить. Это уже от нас зависит. Вот такую работу и делает Воланд. Так какой он -злой, добрый? Он не добрый, он не злой, он даже не судья. Отчасти он наблюдатель - действует он мало (особенно если срав-нить с его сверхактивной свитой), но благодаря ему и его глазами мы часто видим происходящие в романе события, героев. Отчасти – катализатор, ускоряющий процессы, происходящие в душе. Но ещё Воланд – это зеркало, которое было поднесено к Москве и ее обитателям. Неслучайно персонажи романа очень по-разному его представляют. Каждый видит то, что соответствует его собственной внутренней сути. Литераторы Бер-лиоз и Бездомный на Патриарших увидели холеного иностранца - то ли шпиона, то ли сумасшедшего. Про¬хиндей Варенуха подвергся нападению неизвестных хулиганов в общественном туалете. Настрадавшаяся Маргарита встретила в «нехорошей квартире» ста¬рого, больного, усталого человека.

«Самый страшный порок - трусость»

29 год нашей эры. Пятый прокуратор Иудеи Понтий Пилат. Ему тоже дается шанс - выбрать: либо он просто утверждает приговор Синедриона и тем самым отправляет на смерть бродячего философа в голубом разорванном хитоне, Иешуа Га-Ноцри, и сохраняет статус-кво, либо не утверждает приговор, спасает Иешуа, но, скорее всего, теряет свое положение и даже, возможно, жизнь. Очень простой выбор. Очень явственное при-косновение судьбы. Понтий Пилат - человек проницательный (помните Иешуа: «Ты производишь впечатление очень умного человека»?), и он все понял.

Ольга Наумова. "Человек без границ"